Рабочая группа Минфина, ЦБ и Генпрокуратуры защитит добросовестных собственников

В России становится всё острее проблема защиты прав собственников, прежде всего миноритарных акционеров и добросовестных приобретателей. 

С 2022 года увеличилось число исков о возврате активов в пользу государства. Под удар попадают и люди, не связанные с предполагаемыми нарушениями, — те, чьё имущество затрагивается в делах о коррупции или экстремистской деятельности и подлежит конфискации. Процессы часто проходят в спешке и закрытом режиме: из‑за ускоренного рассмотрения суды порой поверхностно изучают доказательства и не устанавливают реальную причастность лиц или их собственности к оспариваемым сделкам и преступлениям. Нередко в доход государства обращаются убыточные или заметно подешевевшие активы. Это с экономической точки зрения спорно: государство получает неликвидное имущество, а рынок - сигнал о непредсказуемости правил. Эти правила допускают внезапную потерю собственности у лиц, которые формально не являются ответчиками по аналогичным делам, или даже у наследников таких объектов.  Об этом пишет lenta.ru.

Масштаб проблемы наглядно показали резонансные дела. Спор вокруг Соликамского магниевого завода продемонстрировал риски для биржевых инвесторов: надзорные органы фактически ставили под сомнение статус добросовестного приобретателя независимо от способа покупки акций. Дело инвестора Александра Галицкого* как признанного участника экстремистского сообщества стало ещё более тревожным прецедентом. В доход государства обратили не только активы самого ответчика, но и имущество третьих лиц, которые не участвовали в процессе и даже не знали о нём. Это нарушило базовые процессуальные гарантии — у собственника должно быть право участвовать в разбирательстве, знакомиться с материалами дела и представлять доказательства. По мнению юристов, в деле Галицкого конфискация имущества третьих лиц произошла без оценки его реальной связи с деятельностью ответчика. Под изъятие попали активы, приобретённые гражданами в разное время или полученные по наследству от предыдущих владельцев. 

Так возник прецедент, создающий для миноритарных акционеров риск изъятия акций «по аналогии» с решением по делу Галицкого, то есть без привлечения собственников к процессу и с возможностью наложения ограничений на расширенный перечень имущества. Изъятие активов, прямо связанных с коррупционными или иными преступлениями, обычно вызывает меньше споров. Однако в указанном деле проявилась коллизия между публичными интересами государства и процессуальными гарантиями частных лиц. 

Другой пример в Приморье показал, как под обеспечительные меры попали 128 объектов недвижимости добросовестных приобретателей: люди купили имущество во вторичных и последующих сделках и не имели отношения к первоначальным претензиям. Только благодаря консолидации собственников и привлечению внимания к проблеме спорные объекты удалось исключить из иска. Это подтверждает, что доступ к правосудию и объективный анализ доказательств являются ключевыми факторами защиты третьих лиц и миноритариев. 

Неопределённость в вопросах собственности сокращает горизонты планирования бизнеса, особенно в долгосрочных отраслях вроде микроэлектроники и IT. На этом фоне предприниматели всё настойчивее требуют не только господдержки, но и правовой определённости. а также гарантированных мер защиты законно приобретённых активов. 

Власти реагируют: Минфин, Банк России и Генпрокуратура договорились о создании рабочей группы по защите прав миноритарных инвесторов. По словам замминистра финансов Ивана Чебескова, защита «слабой стороны» в инвестиционных спорах — один из приоритетов государственной политики.

«Понятно, что это ключевое сейчас, самый острый момент [защита прав], и про доверие много говорим», — подчеркнул он.

Задача группы — наладить взаимодействие регуляторов и правоохранительных органов при затрагивании интересов добросовестных собственников или приобретателей. 

Эксперты, однако, полагают, что одних координационных мер недостаточно. Требуются системные законодательные изменения, в том числе запрет на изъятие имущества у лиц, не привлечённых к процессу, и ужесточение стандартов доказывания при взыскании активов третьих лиц. Без таких реформ риски для экономики будут только расти.

*венчурный инвестор, чья деятельность и фонд признаны в России экстремистским объединением.