Сегодня «Новости Брянска» пополняют рубрику «Книжная полка». Кто-то сказал, что биографию современного человека заменяет список прочитанной литературы. Мы рассказываем вам о книгах, которые действительно достойны внимания вне зависимости от того, куда указывает сейчас флюгер литературной моды. И удовлетворят самые разные и самые взыскательные вкусы. Осень – время хороших книг. Устройтесь под теплым пледом в этот чудесный осенний вечер и приступайте к чтению

«Байки из грота». Станислав Дробышевский.

Дробышевский - известный ученый-антрополог, настоящая рок-звезда от науки, его лекции поражают смесью эрудиции, остроумия и удивительно простых объяснений самых сложных научных проблем. «Австралопитеки, шляющиеся по саванне», «Я мало разбираюсь в китах, поскольку не занимался их изучением, да и сам я, в общем-то, не кит» - эти и многие другие цитаты достойны стать мемами. В книге – 50 реальных историй первобытных людей и протолюдей, восстановленных по археологическим находкам. Окаменевшие обломки костей, куски каменных рубил и засохшая пыльца растений заговорили спустя сотни тысяч лет – и поведали об удивительной жизни наших доисторических предков: как они охотились, становились взрослыми, женились, рожали детей, что они ели и даже – как лечили зубы. Но лайф-стори австралопитеков, питекантропов и неандертальцев – лишь повод показать, как современные научные методики могут по единственному зубу восстановить полную картину жизни и смерти нашего пра-пра-пра…дедушки. Стоит отметить великолепные иллюстрации и, конечно же, фирменный юмор, быть может, лучшего российского популяризатора науки, который не затерялся по пути на книжные страницы.

«Воскресшие боги. Леонардо да Винчи». Дмитрий Мережковский.

Дмитрий Сергеевич Мережковский – потерянное сокровище русской словесности. Даже не верится, что писатель и мыслитель такого уровня, способный составить гордость любой европейской литературы, у нас не то, чтобы забыт, но как-то редко упоминается. Может, все дело в том, что он подмочил свою репутацию в эмиграции сотрудничеством с фашистским режимом (в коем, говорят, жестоко раскаивался на смертном одре) и получением гранта от Муссолини (на который он написал лучшую на сегодняшний день литературную биографию Данте). Так или иначе, в мире Мережковский ценится чрезвычайно высоко как теоретик литературы, богослов и, конечно же, основоположник современного исторического романа. Ренессанс. Античные статуи, выходящие из земли под мотыгами крестьян и соблазняющие добрых католиков. Шабаш ведьм – и жгучее пламя костров Инквизиции. Великое искусство титанов возрождения – и грязные тайны семейства Борджа. И, конечно же, противоречивая личность величайшего из титанов – Леонардо, увиденная глазами его ученика Джованни Бельтраффио. Тот должен решить сложную задачу: кто такой этот удивительный человек – да Винчи? Провозвестник будущего – или дьявол? Как всегда, исторический фон для Мережковского – лишь повод пофилософствовать на излюбленную тему противостояния двух начал — Божественного и дьявольского. И прийти к чисто «мережковскому» выводу: Христос и Антихрист — одно и то же… Прочитайте – и вы поймете, у кого учился писать великий Умберто Эко.

«Атлант расправил плечи». Айн Рэнд.

Весьма актуальная в России именно сейчас книга о сильной бизнес-леди и ее борьбе с государственной машиной, которая притесняет крупный бизнес. Настоящий гимн технократии. Множество головокружительных интриг, крутых поворотов сюжета – и ни одного убийства. Американка Айн Рэнд, она же – Алиса Розенбаум, не только писатель, но и ученый, создатель философии объективизма. Вот лишь некоторые ее цитаты: «С детства, ещё до революции, я чувствовала, что Россия — мистическая, развращённая, гнилая страна, поэтому я не удивилась, когда там установилась коммунистическая идеология». «Беды современного мира были вызваны альтруистической, коллективной философией. Людям нужно отказаться от альтруизма». «Я не собираюсь обсуждать претензии американских индейцев к этой стране. Я верю — и у меня есть на то причины — в несимпатичный образ индейцев из голливудского кино. У них не было прав на эту страну только потому, что они здесь родились, и они не имели права вести себя с белыми людьми как дикари». Одиозная личность – одиозная книга. Написана очень неровно, продираться сквозь этот текст – тяжелый труд. Но читать его – надо. Ибо после этогомир уже не будет прежним, как и ваше мировоззрение, которое посыпется, как песок из дырявого мешка. Если вы - руководитель, бизнесмен, человек, принимающий решения, эта книга написана для вас. Впрочем, ее английское название – «Atlas Shrugged» - можно перевести и так: «Атлант пожал плечами»…

«Первая энциклопедия Дикого Запада – от A до Z». Юрий Стукалин.

От автора бестселлеров «Военное дело индейцев Дикого Запада», «Индейцы Дикого Запада в бою», «Стрелки Дикого Запада» и «Индейские войны». Живой язык, бездна фактов и историй из жизни Дальнего Запада (да-да, именно так, потому что дальний – это география, а Дикий – всего лишь эмоции). Биографии индейских вождей, поселенцев, трапперов, ковбоев, ганфайтеров, шерифов, бандитов, рейнджеров, скаутов, шлюх, сведения обо всех индейских племенах, о тактике, боевых приемах и оружии «краснокожих» и «бледнолицых», о городах, фортах, индейских стоянках и резервациях, о быте, образе жизни настоящих ковбоев и индейцев. Известно ли вам, что такое «задуть лампу» (Blow out his lamp)? Убить человека. А как прозвали фургоны, перевозившие проституток? За что салуны окрестили Bucket of blood («ведро крови»)? Что значит «отбизонить» (Buffaloing), «кусать пыль» (Bite the dust) и «проветрить пузо» (Air the paunch)? Что такое «ниггерский джин» и почему наемных стрелков-убийц величали «зарубочниками» (Notcher)? Вкниге вы найдете ответы на любые вопросы о Диком Западе. Одной из замечательных особенностей издания является богатейший набор иллюстраций.

«Топот шахматных лошадок». Владислав Крапивин.

1 сентября на 82-м году жизни умер писатель Владислав Крапивин. Тем, кому это имя не говорит ничего, все равно не объяснишь, что он значил для многих людей, а тем, кто в теме, объяснять ничего не надо. Вынужденно играя на поле детской литературы, которая была почти не подцензурна в очень зацензурированной стране, Крапивин легко и честно говорил о "взрослых" вещах: правде, любви, чести, предательстве, лжи, жестокости, садизме, буллинге, педофилии, ментовском беспределе и социальном неравенстве. И все же, основоположник советского сюрреализма, он оставался романтиком до конца своих дней. Нет, Крапивин никогда не уклонялся от вызовов времени, не боялся противоречий. Его моральные блуждания последних десятилетий порой почти доходили до оправдания чеченских террористов, а убеждения либерального педагога, вносившего элемент человечности в последовательно бесчеловечную систему школьного образования (как символично, что он умер 1 сентября!), сменились яростной и не слишком адекватной ненавистью к ювенальной системе. Но обсуждать хочется совсем не это. Крапивин навсегда останется для нас человеком, написавшим "Мальчика со шпагой" и, конечно же, "Топот шахматных лошадок". Это книга из числа тех немногих, что вносят элемент гуманизма в последовательно антигуманный мир. Здесь есть все приметы фирменного крапивинского стиля. Безлюдные пространства заброшенных фабричных дворов, на которых происходит волшебство. Чувствующие что-то сложноуловимое и сложновыразимое дети. Их столкновение с реальным миром, в котором есть гопники, алкаши, педофилы и просто равнодушные взрослые, которые страшнее всех. Читайте эту книгу с детьми, и они никогда не станут такими. А на Безлюдных пространствах самолетики превращаются в стрекоз…